Но до того как Графа короновали, он прошел огромный, невероятно долгий и тяжелый путь. Только на этапах он в сумме провел больше года. И в БУРах отсидел полтора. Он, еще не будучи вором, воочию наблюдал знаменитую «сучью войну», когда воры безжалостно резали друг друга, забивали ломами, лопатами, закапывали заживо и сжигали в бараках… Он видел, как подавлялись восстания в дальних лагерях и автоматчики расстреливали вчерашних фронтовиков – разведчиков, снайперов, морских пехотинцев, танкистов – Героев. Лилась невидимая на воле кровь, ожесточались люди – до бескраю, до полного забвения, когда уже ничего человеческого не остается в человеке и вместо души – оскал… Он помнил эпоху хрущевской оттепели – тогда в лагерях разрешили свободное хождение денег. Появились коммерческие магазины, в них были продукты и шмотки, которых и на воле-то не достать. Мужики на лесоповалах и рудниках стали круто зарабатывать. Запели в бараках патефоны, зазвенели с надрывом гитары… водочка потекла, а игра в карты шла на суммы порой совершенно фантастические… Колхозники, которые в послевоенных колхозах жили и работали, как рабы, за «трудодни», попав в лагерь, раскрывали рты – вот где жизнь-то райская! В тюрьме, братцы, рай-то! А мы что же?… Эту эпоху арестанты назвали эпохой Сметанлагов.

Осмелевшие, внезапно разбогатевшие «мужики» в лагерях ни в грош не ставили воров – ослабевших, обескровленных «сучьей войной». Воров резали, вешали, пилили на лесоповалах пополам… Веселье катилось по лагерям, кровавое, жестокое.

Стонали воры. Многие, не выдержав, отходили от закона воровского. Но Граф, принявши единожды одну веру, не собирался ее менять. Он стоял крепко, как скала. Потому и уцелел.

И в 65-м, на сходке в одном из маленьких провинциальных городков, был коронован. А время было такое, что как раз вышел на экраны культовый, как теперь говорят, фильм «Верьте мне, люди», в котором молодой Кирилл Лавров сыграл ОТОШЕДШЕГО вора. Но очень далеко было еще до «Калины красной» Шукшина.